Жуковский. Новости

Яндекс.Погода

вторник, 21 ноября

пасмурно-1 °C

Онлайн трансляция

Гвардии красноармеец Николай Каверин

08 мая 2017 г., 9:42

Просмотры: 536


Ветеран Великой Отечественной поделился воспоминаниями о солдатской жизни в годы войны

Николаю Герасимовичу Каверину – 94 года. Родом он из Брянской области, из крестьянской семьи. О войне рассказывает просто и незамысловато. Часто улыбается или смеется, вспоминая разные забавные эпизоды из фронтовой жизни. 

В партизаны не пошел

Деревня Мокрое, где родился Николай Каверин, располагалась на стратегически важном направлении, ведущем к Москве. Именно поэтому, с первых дней войны Николай, как и другие жители, рыл противотанковые рвы на подступах к столице. В начале августа Каверина призвали на фронт.

– Вызывают меня в сельсовет, там сидит человек в форме полковника. Он говорит: «Коля, ты ситуацию знаешь. Здесь создается партизанский отряд, тебя просят включить в него». А я знаю, что завтра среди мобилизованных на фронт уходит мой отец, и отвечаю: «Я пойду на фронт вместе с отцом». Полковник спрашивает: «У тебя есть судимость?» «Да, говорю. Хотел дров в лесу нарубить, меня и оштрафовали на 15 рублей». «Считай, что ты не судим». Я говорю: «Все равно пойду вместе с отцом».

На следующий день в соседней деревне Каменка был сбор мобилизованных. Когда всех построили, Николай услышал знакомый голос.   

– Смотрю, мой папа принимает колонну общей мобилизации района, а военком ему докладывает. Отец мой когда-то был унтер-офицером. Колонну мобилизованных он вел от Рославля до Курска. Там наши военные дороги разошлись.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Осколок на память

В декабре 1941 года в числе новобранцев Николай прибыл в Елец. Немцы в этот момент прорвали фронт, заняли соседнюю деревню Казинку и начали обстреливать город. Роте Каверина было приказано выбить немцев из деревни. В ходе тех боев он получил первое ранение.

Я нес ящик с патронами, трофейный, чтобы положить на сани. И в это время снаряд разорвался. Боли я никакой не чувствовал, только тепло по телу. Я прямо с ящиками и упал. Меня отнесли в церковь и сделали перевязку.

В госпитале из ноги достали семь осколков. Врач предложил один оставить на память.

– Я говорю: нет, выкидывайте, война еще только началась, другие будут трофеи.

Но оказалось, что это не все. Один осколок вытаскивать не стали, слишком рискованно: он застрял около бедренной кости, рядом с артерией.

– Военврач Шевченко мне говорит: «Выписываем вас недолеченным, с одним осколком. Но вы не переживайте: он вас до самой глубокой старости беспокоить не будет».  И ведь правду сказала: я и бегал потом, и в соревнованиях участвовал. Меня даже иногда здоровая нога больше беспокоит, чем та, в которую было ранение.

После войны, в Жуковском, когда Каверину сделали рентген, он узнал, что в ноге у него не один осколок, а два. Вместе с ними он живет уже 75 лет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Спасительный бинокль

После госпиталя Каверин попал в минометную роту, где служил наводчиком. Под деревней Петушки Смоленской области Николай сначала чуть не погиб от немецкой пули, а затем его могли расстрелять и свои.  

– Во время боя мы попали под сильный огонь, и почти все полегли.  Я смотрю: наших никого уже нет, и только сзади кто-то шевелится. Я его сапогом слегка по каске: живой, нет? Отходить, говорю, надо. Видишь, немцы подходят. Он молчит. Я ему: ну, не веришь, глянь! Зачем я это сказал? Он голову только поднял – ему бац, пуля. Забрал его документы, смотрю: мужчина из Горьковской области, у него двое детей.  

Когда Каверин отходил, на одном из убитых он увидел бинокль, решил взять с собой. После возвращения его тут же вызвали к комбату.

– Спрашивают: «Ты откуда?» «Как откуда? С передовой!»  «Кто был на передовой, там остались». « А я вернулся». Вижу, не верят. Подошел замполит, спрашивает: «Почему сразу не отошли?» Я  говорю: « Не было приказа» Он: «Нет, был приказ».

Дело могло обернуться серьезно, но в этом момент замполит заметил у Николая бинокль. «Это что? Дай-ка сюда». Смотрит, а потом поворачивается к командиру: «Отстань от него, он правду говорит».

Оказалось, это был бинокль убитого связного, который не успел передать приказ об отходе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На фото: курсант Ташкентской авиационнойшколы бомбардиров Николай Каверин. 1944 год

 

Итальянец в советском штабе

26 января 1943 года Николай Каверин отличился в бою за деревню Арнаутово Воронежской области, за что был награжден медалью «За отвагу».  Как сказано в наградном листе «наводчик 2-й минометной роты Каверин занял выгодный огневой рубеж, хорошо замаскировался и,  несмотря на лавину наступающего противника, открыл прицельный огонь по колонне,  уничтожил 30 солдат противника». В том же бою Николай получил обморожение ноги, а после госпиталя неожиданно попал на штабную работу, став связным при секретаре военного совета капитане Кожухове.

– Я был у него, как у Чапаева Петька, – улыбается Каверин.

Должность, правда, не очень нравилась.

– Спать почти не давали. Приходит мой начальник от командующего часа в три-четыре ночи, дает пачку документов, надо к утру это разнести. А меня никто толком не знает, везде секретность, проверяют, созваниваются.

Капитан Кожухов до этого работал на трофейных складах, и однажды привез подарок и Николаю.

– Он одел меня в форму итальянского офицера, – смеется Николай Герасимович, – и потом все, встречая меня, не могли понять, кто я такой? Вроде бы рядовой, а вдруг начальник какой-то…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Пристрелите, братцы!

В памяти ветерана всплывают самые разные картинки о войне.

– Помню, пришло к нам пополнение из Средней Азии, а они по-русски ни в зуб ногой. И вот вижу: наш офицерик встал рядом с одним из этих новобранцев, а тот с дороги сошел и лег. Офицер его толкает: «Вставай!» Тот отвечает: «Моя, командир,  дальше не идет». Тогда военный обращается к нашему минометчику: «Ну-ка, Ваня, дай сюда пяту!» А пята – часть минометной установки, на которую опирается ствол оружия, в ней килограммов двадцать. Тот, как увидел это, тут же запричитал: «Нет, нет, моя пойдет, только не пяту».

В другой раз запомнился совсем не смешной случай.

– Идет колонна по пыльной дороге, а на обочине офицер,  молодой еще парень, катается в пыли и упрашивает: «Братцы, пристрелите, я больше не могу, пристрелите». Я глянул: а у него ни рук, ни ног…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На фото: курсант Чкаловского авиационного училища Николай Каверин. 1945 год

 

Учился на летчика, стал пожарным.

В 1944 года Николая Каверина отправили учиться в узбекский город Чирчик, в Ташкентскую военную авиационную школу стрелковых бомбардиров. Там он и встретил день Победы.  В тот же год школу расформировали, и еще год он отучился в военном авиационном училище в Чкалове. Дальше учиться не стал, а после войны приехал в Жуковский, куда до этого перебрался его отец. Четверть века проработал в пожарной охране Московской области. В воинской книжке Николая Каверина осталось звание, которое ему присвоили в 1943 году – гвардии красноармеец.

 

Наша справка

Николай Герасимович Каверин. Родился 19 декабря 1922 года в деревне Мокрое Рогнединского района Брянской области. 9 августа 1941 года мобилизован на фронт.  Гвардии красноармеец. Наводчик минометной роты 138 стрелкового полка 48 гвардейской дивизии. Воевал на Воронежском и Западном фронтах. Награжден орденом Отечественной войны I степени, медалью «За Отвагу», памятными медалями.

ФАКТ 

Красноарме́ец – воинское звание и должность военнослужащего рядового состава Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) Советской России и СССР, с февраля 1918 года по 1946 год. В феврале 1946 года воинское звание «красноармеец» заменено званием «рядовой».

 

фото: Павел Зубрилин, из архива Николая Каверина

 

Зубрилин Павел Викторович